Михаил Артамонов

23 ноября 1898 года родился Михаил Артамонов, археолог и историк, директор Эрмитажа.

 

Личное дело

 

М.И. Артамонов

Михаил Илларионович Артамонов (1898 – 1972) родился в крестьянской семье в деревне Выголово Весьегонского уезда Тверской губернии. В возрасте девяти лет от отправился в Петербург, где к тому времени уже жил и работал его отец. С 1909 по 1913 году учился в вечернем Городском четырехклассном училище. После его окончания жил самостоятельно, работая конторщиком в Санкт-Петербургском обществе страхований, а затем счетоводом в Обществе заводчиков и фабрикантов. В 1914 – 1916 годах он учится на вечерних Общеобразовательных курсах, готовясь к экзамену на аттестат зрелости, а по воскресеньям занимался живописью в классах разных художников. Среди его учителей был Кузьма Петров-Водкин.

В 1917 году Михаил Артамонов был призван в армию, участвовал в боях с немецкими войсками на Западной Двине. В декабре того же года был демобилизован, вернулся в Петербург, где работал сотрудником банка. Возобновил занятия живописью в группе художников в Русском музее. Весной 1918 года перенес тяжелый сыпной тиф. Восстанавливался после болезни в родном уезде. Участвовал в работе передвижного театра, создавая декорации и выступая на сцене. С лета 1918 года работал в органах народного образования в уездном городе Красный Холм, был учителем, заведующим школой, организовал Бюро изучения родного края.

В 1921 году поступил на отделение археологии и истории искусств Петроградского университета. Участвовал в работе организованной известным археологом Александром Спицыным Северокавказской экспедиции Государственной академии истории материальной культуры (ГАИМК). После окончания университета Михаил Артамонов начал работать младшим ассистентом в созданном по инициативе Спицына археологическом кабинете университета. Сочетает преподавание в университете (сначала – на кафедре доклассового общества, затем – на кафедре археологии) с исследовательской деятельностью в качестве сотрудника ГАИМКа. В 1929 году впервые руководит археологической экспедицией, которая завершается обнаружением на нижнем Дону хазарского города Саркел, ранее известного только по письменным источникам.

С 1932 года Михаил Артамонов – доцент университета, с 1934 – профессор. В том же году за статью «Совместные погребения в курганах со скорченными и окрашенными костяками» Артамонову без защиты диссертации была присвоена степень кандидата исторических наук. Докторскую диссертацию «Скифы. Очерки по истории Северного Причерноморья» он написал к июню 1941 года, но из-за начавшейся войны она была официально утверждена лишь три года спустя. С 1939 по 1943 год был директором Института истории материальной культуры (ИИМК) АН СССР. В 1949 году становится заведующим кафедрой археологии университета и занимает эту должность до конца жизни. Некоторое время занимал пост проректора по учебной работе, а с января по май 1950 года исполнял обязанности ректора ЛГУ, но предложение занять эту должность на постоянной основе категорически отклонил.

В августе 1951 года был назначен директором Государственного Эрмитажа. Руководил музеем тринадцать лет. Неуступчивая позиция Михаила Артамонова по многим вопросам не нравилась властям. Он боролся за сохранение в экспозиции Эрмитажа полотен импрессионистов, воспрепятствовал превращению залов Зимнего дворца в помещения для официальных приемов ленинградского обкома, выступил против проекта строительства многоэтажной гостиницы на мысе между Большой Невкой и Невой, которое разрушило бы историческую панораму города. Артамонов стойко противостоял и давлению министерства культуры, и представителями партийных органов, был готов возражать лично Н. Хрущеву.

Поводом для увольнения неудобного директора стала проведенная 30 марта 1964 года в Растреллиевской галерее выставка картин отчисленных студентов Академии художеств, среди которых были Михаил Шемякин и Владимир Овчинников. Выставка была доступна только для сотрудников музея. Подобные выставки художников, работавших в Эрмитаже, неоднократно проводились и ранее. Обычно там выставлялись художники-реставраторы, но иногда появлялись работы и тех, кто «числился по хозяйственной части». В этот раз экспозиция авангардистских работ не прошла незамеченной. В райком поступил донос от начальника охраны Эрмитажа М. С. Гавриленко об «идеологической диверсии», уже на второй день выставку приказали закрыть, а в музей направилась проверочная комиссия. В результате Михаил Артамонов был уволен. После вынужденного ухода из Эрмитажа он проложил научную и преподавательскую работу на кафедре археологии ЛГУ.

Умер Михаил Артамонов 31 июля 1972 года.

Чем знаменит

Исследования Михаила Артамонова охватывали большое число проблем связанных с историей и археологией Восточной Европы от эпохи бронзы до Средневековья, но главной его заслугой стали труды в двух областях исторической науки: хазароведении и скифологии.

Он стал основателем отечественного хазароведения, как в археологических исследованиях, так и в изучении письменных источников. Артамонов доказал, что Цимлянское городище на левом берегу Дона представляет собой древний хазарский Саркел. В 1934 – 1936 годах он провел там первые крупные раскопки. После войны руководил масштабной Волго-Донской экспедицией, которая исследовала Саркел и другие археологические памятники нижнего Дона перед затоплением их строящимся Цимлянским водохранилищем. Создал первый в мире истории Хазарского каганата по археологическим и письменным источникам (монография «История хазар»). Необходимо также упомянуть, что Михаил Артамонов за годы работы в университете подготовил множество ученых, создав ленинградскую археологическую школу.

О чем надо знать

В состав коллекции Эрмитажа после революции вошли богатые собрания французской живописи начала ХХ века, собранные Щукиным и Морозовым. В 1956 году они были выставлены в зала третьего этажа. В частности в Эрмитаже представлены программные полотна Анри Матисса «Красная комната» (1908), «Семейный портрет» (1911), «Танец» и «Музыка» (оба 1910), а также работы Пикассо, Сезанна, Гогена, художников-импрессионистов. Но, так как такая живопись не вписывалась в каноны соцреализма, картины неоднократно пытались убрать из экспозиции. Михаилу Артамонову и сотрудникам Эрмитажа удалось и сохранить коллекцию. В январе 1963 года музей посетила комиссия министерства культуры и Академии художеств во главе с президентом академии – «классиком соцреализма» Владимиром Серовым, который выступал как яростный противник импрессионизма еще на знаменитом диспуте 1946 года после доклада Николая Пунина «Импрессионизм и проблемы картины». Неудивительно, что комиссия пришла к заключению, что показ работ импрессионистов и тем более художников более поздних направлений западноевропейской живописи вреден. Через месяц Михаил Артамонов был вызван на бюро обкома КПСС для отчета о выполнении распоряжения комиссии. Как вспоминает ученик Артамонова профессор Абрам Столяр, ответ директора Эрмитажа был таким: «Если мне государство платит зарплату, к тому же персональную, то, вероятно, исходит из того, что я не могу допустить позора и нанести ущерб престижу и культуре. Потому единственное место, куда я могу поместить решение комиссии из полупьяных представителей, — вот эта мусорная корзина».

Прямая речь

В IV в. до н. э. Скифское царство находилось в зените своего могущества и богатства. Подвластное земледельческое население обеспечивало знать этого царства доходами, которые вместе с дарами, шедшими из греческих городов, давали ей возможность обставлять свою жизнь не только довольством, но и роскошью. В руках скифской знати скапливались богатства, только частично отложившиеся в сохранившихся до нашего времени погребениях ее представителей. Драгоценные металлы — золото и серебро в изобилии покрывали одежды, оружие и другие предметы ее бытового обихода. Роскошные украшения создавались для нее греческими художниками. Одни из этих украшений оставались греческими по форме, другие в соответствие со вкусами заказчиков делались по местным образцам. В украшения включались сцены из быта и военной жизни варваров, как это представлено, например на золотой пекторали из Толстой Могилы, на серебряной вазе из Чертомлыка или на золотом гребне из Солохи; изображались эпизоды скифской этногонической легенды, подобные имеющимся на кубках из Куль-Обы и Частых курганов, создавались образы скифских божеств и особенно многочисленные различных животных, игравшие роль не только украшений, но и охранительных амулетов. К предметам из металла надо добавить разнообразные изделья из дерева и тканей, не сохранившиеся в скифских могилах.
Из книги М. И. Артамонова «Киммерийцы и скифы»

 

Его крестьянско-пролетарское происхождение казалось безупречным. При этом он был причастен к разному авангардному искусству и, будучи ведущим археологом, хорошо знал эрмитажников, которые занимались изобразительным искусством. Новый директор Эрмитажа начинает свою деятельность с того, что отменяет увольнение сотрудников с неподходящими анкетами, о котором уже объявил райком партии. Вместо чистки экспозиции от мадонн и святых Артамонов занимается укреплением научной репутации Эрмитажа. Это был очень серьезный период, когда Эрмитаж становился на ноги, когда в нем развивалась наука, издательская и выставочная деятельность. Эрмитаж становится прибежищем специалистов, которых выгоняют за неблагонадежность из других научных учреждений. Среди них сын опальной Ахматовой и расстрелянного Гумилева — Лев Николаевич Гумилев. Я думаю, этот период можно условно назвать возвращением из лагерей, и одна из главных заслуг Михаил Илларионовича состоит в том, что он приютил Льва Гумилева здесь, у себя. Наряду с Гумилевым в Эрмитаж были приняты освобожденные из ГУЛАГа по амнистии археолог Борис Латынин, историк-медиевист Матвей Гуковский. Эти назначения вызывают недовольство Ленинградского обкома, однако Артамонов считается только со своей совестью. Директор Эрмитажа является фигурой международного уровня – он представляет коллекцию музея президенту Финляндии Урхо Калева Кекконену и президенту Индонезии Сукарно, индийскому лидеру Джавахарлалу Неру. Иностранцы относятся к Артамонову с самым глубоким уважением, но вот его встречи с советскими руководителями иногда заканчиваются скандалами.
Михаил Пиотровский

 

М.И. продолжил орбелиевскую традицию активного участия во всей культурной жизни великого города. Но и эта сторона его деятельности была особой, лишенной налета популизма и формального участия в каких-то официозных мероприятиях. Чаще всего она вызывалась тревогой при появлении какого-то нового грандиозного проекта «совершенствования» и «осовременивания» облика Ленинграда. В таких ситуациях в официально торжественной атмосфере городских активов казенное единодушие неоднократно нарушалось двумя голосами — М. И. Артамонова и Д. С. Лихачева. Они протестовали против варварского разрушения церковных зданий. Особенно настойчиво отвергалась идея коренной модернизации Невского проспекта («допотопного центра»), который собирались одеть в алюминий и стекло, удалось также добиться отказа от высотного (27-этажного) проекта гостиницы «Ленинград» и возведения также высотной башни-ресторана у фонтанов Петергофа. Немало сил отнимала защита самого ансамбля Эрмитажа в самом прямом смысле в связи с причудливыми замыслами элитной «утилизации» его помещений. Ф. Р. Козлов и секретарь обкома КПСС В. С. Толстиков специально приезжали в Эрмитаж с единственной целью — отвоевать самый большой, Николаевский зал для приемов-банкетов, а Петровскую галерею — под буфетную. М. И. Артамонов не стал обсуждать данное предложение вообще. Его ответ был предельно кратким: «Пока я директор Эрмитажа, этого не будет». Прозвучали его слова с такой твердостью, что на том целевое посещение Эрмитажа высшим начальством завершилось.
Абрам Столяр, доктор исторических наук, профессор кафедры археологии СПбГУ.

 

Артамонов проработал на посту директора Эрмитажа тринадцать лет – с 1951 по 1964 год. В 1964 на Дворцовой набережной наблюдалась процессия. Артамонов вышел из Эрмитажа, он был уволен, а за ним шли сотрудники. Они провожали своего директора. И нельзя сказать, чтобы он был какой-то мягкий человек, чтобы он кого-то числил в своих любимчиках. Наоборот, это был человек аристократический, мужественный. Между ним и сотрудниками была определенная дистанция. Но они понимали, кого они теряют.
Лев Лурье

6 фактов о Михаиле Артамонове

    Первым распоряжением Михаила Артамонова на посту директора Эрмитажа стала отмена намеченного увольнения сотрудников, обвиненных в космополитизме.
    Основные труды Михаила Артамонова: «Средневековые поселения на Нижнем Дону: По материалам Северо-Кавказской экспедиции» (1935), «Очерки древнейшей истории хазар» (1936), «История хазар» (1962, неоднократно переиздавалась), «Сокровища скифских курганов в собрании Государственного Эрмитажа» (1966), «Сокровища саков: Аму-Дарьинский клад. Алтайские курганы. Минусинские бронзы. Сибирское золото» (1973), «Киммерийцы и скифы: От появления на исторической арене до IV в. до н. э.» (1974).
    Среди учеников Михаила Артамонова были известные археологи Светлана Плетнева, Абрам Столяр, Иван Ляпушкин, Александр Гадло, Лев Клейн.
    Михаил Артамонов возглавлял более тридцати археологических экспедиций.
    В 1930-е годы Михаил Артамонов стал одним из авторов «Инструкции по учету и охране памятников материальной культуры на новостройках» – одного из важных документов в области охраны археологического наследия в СССР.
    Работы Артамонова, где описывалась важная роль хазар в истории Восточной Европы, в 1950-е годы подвергались критике из-за обвинений в космополитизме. Поэтому «История хазар» была издана только в 1962 году. Но даже тогда в газете «Правда» после выхода книги была напечатана разгромная рецензия «Об одной ошибочной концепции».

Материалы о Михаиле Артамонове

Статья о Михаиле Артамонове в русской Википедии

Михаил Артамонов в энциклопедии «Санкт-Петербург»

Документальный фильм «Фельдмаршал Эрмитажа», посвященный Михаилу Артамонову

Сетевой биографический словарь историков Санкт-Петербургского университета XVIII-XX вв.

Столяр А. Д. Артамонов Михаил Илларионович (биографический очерк)

Михаил Артамонов «Киммерийцы и скифы: От появления на исторической арене до IV в. до н. э.»

Источник: polit.ru

Добавить комментарий